пан, 26.08.2019
USD2.06|EUR2.28|RUB3.13
Горкі, Дрыбін, Мсціслаў у Viber Горкі, Дрыбін, Мсціслаў у Instagram Горкі, Дрыбін, Мсціслаў у Аднакласніках Горкі, Дрыбін, Мсціслаў ва УКантакце Горкі, Дрыбін, Мсціслаў у Twitter Горкі, Дрыбін, Мсціслаў у Facebook Атрымлівай нашы навіны на e-mail

Три местные истории о том, как и что у нас строят

31.01.2014 – 15:42 | 810 | 2

В связи с нынешними реформами в строительной отрасли, вспомнилась встреча пятнадцатилетней давности со знакомым мастером, побывавшим в “горячих” точках городского и сельскохозяйственного строительства нашего района.

Три строительные байки. Фото: photo.bymedia.net.

Трудно сказать, был ли он “везунчиком” на подобные ситуации или тогда это было типично для всей страны. Хотя, конечно, везде складывалось по-разному, в зависимости от порядочности людей, ведь в те годы многие предприятия вынуждены были попросту выживать.

Дом пропал

– Твое дело – ключи и бульдозер! – сказал тогда моему собеседнику Олегу начальник строительной организации, привезя его на подмогу в племсовхоз, где готовили к сдаче “президентские” домики.
Бульдозер, о котором говорил шеф, предназначался для вертикальной планировки прилегающей территории.

Ключами открывались склады и сами домики, внутри которых велись отделочные работы. Ключ от последнего домика был под номером пять. Вот еще три ключа с выцарапанными на них цифрами 1, 2 и 3. Но куда же подевался четвертый дом?

На его месте остался пустырь, зарастающий бурьяном. Недоумение нового работника разрешил бригадир. Он объяснил, что домик просто пропили: так в народе называется в прямом и переносном смысле то, что разворовывается у государства.

Не хотелось верить в то, что прораб, начавший стройку, “приватизировал” и ловко списал материалы, предназначавшиеся под четвертый домик. Не сталинские времена – никого не расстреляли, и дело просто замяли.

– А ведь так строились и некоторые особняки, – развил я мысль Олега.

Мастер кивнул головой и продолжил: “В общем через пень-колоду сдали эти домики, а поздней осенью начались новые приключения, так сказать “концерт” со слезами на глазах.

Выкопали котлованы под вторую очередь жилья, начали монтаж фундаментов, а тут ударили морозы. И сразу возникли вопросы: а почему эти работы не были сделаны летом или ранней осенью? Ведь такая погода стояла – работать бы и работать! И что делать теперь? Тут кого-то из присутствующих осенило – надо укрыть недостроенные фундаменты соломой, которой на полях полным-полно.

Так и сделали, но не повезло – началась затяжная оттепель. Опять надо спасать фундаменты. Привезли насосы. Эффект оказался незначительным, так как их забивала плавающая в воде солома”.

– Сами создаем трудности и героически их преодолеваем!

– Вот именно! А какие дополнительные расходы на это! – продолжил Олег.

Против лома нет приема

“Вот еще одна история. Весной я подменял на базе диспетчера. Скажу тебе, каторжная работа. На железнодорожной станции загрузили фундаментными блоками бортовой “ЗиЛ”. Их надо было доставить в агрогородок.

Я позвонил на объект, где работал арендуемый нашей организацией автокран, но его куда-то по указке свыше отослали. Я попросил водителя “ЗиЛа” пока не ехать в деревню, а подождать у ворот базы, пока не прояснится ситуация.

Тут “наскочил” шеф и начал орать, чтобы “ЗиЛ” немедленно ехал в агрогородок: мол, его там разгрузят ломами. Что ж, сказано – сделано. Назавтра машину на буксире притащили на базу  с порванной и оплавленной при разгрузке ломами электропроводкой и сгоревшим аккумулятором.

Я подошел к расстроенному водителю и сказал: “Лучше бы я тебя в тот момент куда-нибудь спрятал”. Он ответил: “Не переживайте. Нам не привыкать”.

Свой же автокран, хотя и на шасси “ГАЗа”, стоит на ремонте. Уже на ходу, осталось только реле заменить. Нет денег. Что-что, а эту сумму могли бы легко найти. Такая же картина и с трактористами, и с шоферами. Отсутствуют запчасти. Хочешь работать – сам ищи.

Хорошо было тем, кто еще в советские времена по полгаража натаскал”, – невесело усмехнулся Олег.

– Я вспоминаю, раньше шутили: то, что разворовывается, то не исчезает, а остается в стране и приносит пользу нашим людям. А сейчас, сколько за бесценок увозят за границу. Несметные капиталы оседают в оффшорах, – заметил я.

– Торгашам и жуликам раздолье, – согласно кивнул мой знакомый. – А знаешь, тот прораб, у которого ломами разгружали “ЗиЛ”, был без строительного образования и, вдобавок, доверенное лицо шефа. Сейчас куда-то влез на заочное. Рабочие тогда смеялись, что он даже нивелирует без штатива, лежа на земле.

– Так это ж высший пилотаж!

– Да о чем ты говоришь?! Шеф отправил меня помочь ему с отметками. Так после его “глаза-алмаза” на сарае один торец фундамента выше другого на двадцать сантиметров оказался.

– И что здесь удивляться: какой король, такая и свита. И чем тебя еще удивили? – мне было очень интересно то, о чем рассказывал человек с производства.

“А там как получится”

– После ключей и бульдозера мне поручили бетонные работы на ферме. Объемы большие – сотни кубометров бетона высшей марки, – продолжил Олег.

– Держали бригаду в 10 человек. Я писал в заявке по 30 кубов в день, но привозили не больше 10. Чтобы ускорить работы, объявляли выходные рабочими днями, обещали забросать бетоном и добавили еще с десяток рабочих. И только однажды смогли привезти 23 куба бетона!

После этого рекорда назавтра шеф посадил меня в свою роскошную иномарку и отвез за пять километров на другую ферму и сказал, что будем параллельно и здесь вести бетонные работы.

“Да такую ж твою мать!”, – меня чуть не хватил удар, когда я это услышал! Пришлось привести начальнику аргументы, объяснить, что нам не хватает бетона и на первую ферму, а впереди лютые морозы.

Начальник задумался, глубокомысленно глядя вдаль, и промолчал. К счастью, за работы на другой ферме в этот момент не взялись.

– Я думаю, это излюбленный прием авантюристов: открывается финансирование на новый объект, берется  предоплата, а там как получится.

– Да, – подтвердил Олег, – так оно часто и бывало. Меня потом послали еще и мастером лесоразработок. Но не буду об этом рассказывать, иначе тебя кондрашка хватит.

Скажу только, что как-то спросил у высокопоставленного чиновника райисполкома, с которым был лично знаком: “Многие в ПМК отрицательно отзываются о нашем начальнике. Поговаривают, что его скоро заменят. И как скоро это будет?” 

– А кто любит начальников? – ответил собеседник, улыбнувшись, и уехал.

– Почему же? Толковых – любят и уважают, – подумалось мне, но озвучивать эту мысль я не стал.

Алексей Парус, газета "УзГорак"

Падзяліцца